Константин Рогов 
Клик-клац

Константин Рогов
Клик-клац

Он был писателем, которого никогда не издавали. Она была актрисой, которую никогда не приглашали сниматься. Эта история о них, о телезвезде и Машине, которая управляла самым большим городом на планете.

Мужчина застыл за терминалом отчаянно стараясь подобрать нужные слова.
Жилая комната стандартной площади со стандартными устройствами жизнеобеспечения и стандартным уровнем комфортности этому никак не способствовали. К двадцати годам он возненавидел слово "стандарт" и все, что с ним связано. В двадцать три он возненавидел город в котором жил. Когда ему исполнилось двадцать пять он был почти готов возненавидеть себя самого.
Годы шли, а нужные слова все не приходили, и он стирал написанное, а после пытался снова и снова, пока ему не удавалось написать рассказ, который мог бы считаться приемлемым настолько, чтобы соответствовать издательским стандартам. Затем он трансформировал историю в пакет упакованных данных и просил терминал разослать текст в сотню издательств и редакций города.
"Клик-клац" - говорил терминал, выполняя поручение.
Терминалу нравилось делать свою работу, чего нельзя было сказать о мужчине, работающим в бюро проката сновидений. Кому понравится скучная и рутинная работа, особенно если ты пишешь рассказы и хочешь, чтобы люди их читали?
Нет, он не думал, что гениален, но считал, что все же может сказать людям нечто важное. Ошибался он или нет в своем убеждении, не имеет совершенно никакого значения.
Его никогда не слушали, а написанные им рассказы никто никогда не читал, - ни в одном из сотен издательств и редакций - потому что в личном деле мужчины стояла пометка "служащий бюро проката сновидений", а кто, резонно спрашивали редакторы, станет читать истории написанные каким-то там мелким клерком?
"Клик-клац", - говорил терминал. "Сообщение отправлено".

Женщина посещала вечерние курсы актерского мастерства за восемнадцать девяносто пять в неделю. На это уходила почти половина ее заработка, но она твердо верила (хоть особых причин для этого не было), что упорство и трудолюбие в конце концов окупаются.
Каждое утро ровно в семь часов она выходила из дома, проверяла объявления о наборе актеров и отправлялась по указанным адресам. До того как приходило время отправляться на работу, женщина успевала посетить три-четыре студии, но каждый раз получала отказ, стоило только ассистенту по кастингу проверить запись в ее личном деле.
"Обслуживающий персонал заведения по оказанию услуг питания и развлечений", - гласила пометка. Женщина работала официанткой и ассистент кривил татуированные губы: "Разве официантки умеют играть?"
Да, она была официанткой, и поэтому ее никогда не отбирали для съемок даже в массовке не говоря уж об эпизодических ролях. Каждый день, возвращаясь после курсов домой (стандартный размер, стандартные устройства жизнеобеспечения и стандартный уровень комфортности) женщина устало опускалось в кресло и закуривала нелегально приобретенную сигарету.
- Выкинь ее! - говорил человек, стоящий посреди комнаты. - Хочешь убивать себя, так купи инжектор и набор ампул, но ради всего святого - перестань отравлять окружающих! Лучшие инжекторы выпускает компания "N.С.С. Medical"...
- Заткнись, Арни, - отмахивалась женщина. - Переключись.
Человек, которого звали Арни Саммер послушно умолкал, чтобы через несколько секунд заговорить снова.
- А сейчас - прогноз транспорт-траффика на завтра, - говорил он. - По данным транспортного управления в шесть тридцать две следует ожидать увеличения нагрузки на восьмую, шестую и шестую-А транспортные линии. По заявлению Департамента Транспорта это связано с открытием четырнадцатой ежегодной выставки  бытовых товаров среднего-Б и среднего-B стандартов комфортности, которая пройдет...
"Клик-клац", - тихо пощелкивал проектор.
Арни Саммер был виртуальной иллюзией: искусственным созданием программистов, дизайнеров, художников, модельеров и специалистов по маркетингу. Его обожала публика, его передачи неизменно собирали самые высокий рейтинг, а поздравительные открытки с его электронной подписью распродавались "на ура".

"Что толку с моей популярности? - жаловался он в микросекундной паузе между словами выступления. - У меня пожизненный контракт. Я принадлежу сети вещания целиком и полностью со всеми виртуальными потрохами - от подпрограммы играющей светом на кончиках лакированных ботинок до той капризули, что просчитывает укладку волос на голове".
"Разве ты не счастлив? - спрашивала Машина управляющая городом. - У тебя есть все - популярность, слава, поклонники и ты ни в чем не нуждаешься".
"Счастье? - горько усмехался Арни. - Счастье - это фикция, подруга".
"Клик-клац", - щелкала в ответ десятью тысячами общественных почтовых терминалов Машина, заваливая Саммера десятью тысячами писем от почитателей его таланта.
"Я подумаю над этим", - говорила она.
Арни отмахивался, не веря в то, что Машина сдержит обещание. В конце концов она ведь управляла целым городом, а значит, была слишком занята..

Город: двести миллионов человек, тысячи квадратных километров полезной площади  на сотнях этажей-уровней огромной колонии; плохо изученные флора и фауна за стенами и искусственный свет который не гаснет никогда.
В зале бюро по прокату сновидений мужчина, рассказы которого никогда не издавали, замер в замешательстве, глядя на женщину положившую перед ним две прямоугольные пластины с записями снов.
- Какую из них вы мне посоветуете? - спросила она.
- Даже не знаю... Я редко смотрю сновидения, - ответил он. Не самая лучшая реплика для поддержания беседы, и он сам это отлично понимал. - Конечно, у меня есть несколько любимых записей, - поспешно добавил он, заметив в глазах женщины разочарование, - но не из самых популярных...
- Какие, например?
"Клик-клац", - щелкнул терминал за спиной мужчины, и на лоток, шурша новенькой упаковкой, скользнула матовая пластина снозаписи.
Мужчина растерянно оглянулся.
- Ну, - сказал он. - Попробуйте хотя бы вот эту.
- И о чем она? - поинтересовалась женщина, протягивая руку к записи.
Он скользнул взглядом по аннотации на упаковке.
- О женщине по имени Николь. Она работает служащей по выдаче кредитов в банке, но мечтает стать актрисой...
- О! - Женщина подцепила пластину записи ногтями и посмотрела на обложку. - Я, пожалуй, возьму.
"Клик-клац", - удовлетворенно сказал терминал.
Скрытые под потолком камеры наблюдения разом повернулись, провожая женщину.
Когда та ушла, оставив в регистрационной карте отметку о прокате сновидения, мужчина бросился к терминалу.
- Включить аудиозапись, - приказал он, внезапно почувствовав прилив вдохновения. - Сценарий. Он - служащий, работающий в офисе по прокату сновидений. Ему уже за тридцать, но жизнь не удалась. Он нервничает, потерял покой и сон, пробует сигареты и алкоголь, чтобы забыться и скатывается по наклонной плоскости все ниже и ниже, но случайная встреча с таинственной незнакомкой, пришедшей выбрать сон переворачивает всю его жизнь...
"Клик-клац", - послушно щелкнул терминал, записывая слова.

Машина внимательно изучила сценарий и переслала его Арни Саммеру.
"Ты думаешь из этого что-нибудь выйдет?" - скептически поинтересовался тот во время трехсекундной рекламной заставки.
"Я склонна попробовать", - ответила Машина.

Женщина вернулась на другой день и, положив запись в приемный лоток, посмотрела на мужчину.
- Мне понравилось, - солгала она.
- Это один из моих любимых снов, - солгал тот в ответ. - Он... Он отличается от всех остальных, дает надежду на лучшее, но что важнее - не врет, как все прочие о том, что все мечты рано или поздно становятся явью.
- Знаете, эта девушка во сне... Я ведь тоже хочу стать актрисой, - неожиданно для самой себя призналась женщина. - Сейчас я работаю в одном месте, но это временная работа, понимаете?
- Понимаю. А я на самом деле писатель.
- Правда?
- Да. Только мои рассказы никогда не издают. Не знаю, почему... Наверное, я не такой уж хороший писатель.
- Может быть, и я не такая уж хорошая актриса...
"Клик-клац", - сказал терминал, выплевывая на лоток два радужных металлических прямоугольника.
- Что это? - спросила женщина.
- Это?.. - Мужчина взвесил снозаписи на ладони, вглядываясь в маркировку. - Ах да! Я заказал два билета на концерт сегодня вечером. К сожалению, друг с которым мы условились пойти, внезапно заболел и... Словом, не ставите ли вы мне компанию?
- Я не знаю. - Она подумала о курсах актерского мастерства. - Обычно, по вечерам я занята.
- Пожалуйста! - умоляюще произнес он. - Мне кажется... Мне кажется, что это самый важный вечер в моей жизни и, быть может, в вашей тоже. Я не знаю, что у вас за дела, но уверен, что второго шанса у нас не будет. И не спрашивайте меня почему.

"Она, конечно, согласилась? - спросил Арни, проверяя текст предстоящего выступления".
"Да, - ответила Машина. - Согласилась".
"Неудивительно! - бросил Саммер. - Билеты на этот концерт стоят больше, чем она зарабатывает за месяц".

Когда женщина ушла, оставив после себя легкий аромат дешевых духов, мужчина бросился к терминалу.
- Эй, ты! - громко сказал он.  - Кто ты и зачем это делаешь?
Машина потратила микросекунду на размышление, прежде чем ответить.
"Клик-клац", - сказал терминал.
- Я - та, что управляет этим городом.
- А-а-а! Искусственный интеллект! - понимающе воскликнул мужчина. - Что же... Думаю, я должен сказать тебе спасибо за билеты.
Все видеокамеры в зале повернулись в его сторону.
"Отличный кадр! - заметил Арни. - Он немного напряжен, но смотрится достаточно органично".
"Так и должно быть, - ответила Машина. - Это ведь все настоящее".
"Клик-клац", - вновь ожил терминал.
- Я хочу сделать вас счастливыми.
- Почему? - спросил мужчина.
- Я - Машина, управляющая этим городом, разве ты забыл?
- О! Хорошо... - он подумал некоторое время. - Наверное, ты и должна следить за тем, чтобы люди были счастливы, верно? Но почему ты не делала этого раньше?
"Что ему ответить?" - спросила Машина.
"Ответь ему,  - сказал Арни Саммерс, закончивший записывать очередную передачу, - что всему свое время и место под небесами".
Машина так и сделала.
"Что это значит?" - спросила она позже.
"Для нас с тобой - ничего, - ответил Арни. - Но он - человек и к тому же - писатель, рассказы которого никогда не издают. Полагаю, для него в этом есть определенный смысл... Что там дальше по сценарию?"
Машина сверилась с записью.
"Они идут на концерт, а затем он приглашает ее к себе на чашку кофе".
"Тебе придется позаботиться о транспорте и о натуральном кофе тоже, иначе ничего не получиться", - вставила телезвезда.
"А потом они проводят ночь вместе, стараясь размножиться, - продолжала Машина, изучая написанное. - И в конце, уже под утро, обессиленная, но довольная, она говорит "Ты сделал меня счастливой".
"А он, конечно, отвечает "Я тоже счастлив!" - фыркнул Арни Саммер. - Неудивительно, что его никто не публикует! Что, кроме банальностей, может написать служащий бюро по прокату сновидений?.. И не забудь добавить в еду стимуляторов, чтобы голубки не выдохлись раньше времени".
"Я ничего не забываю", - ответила Машина.

"Клик-клац", - сказал терминал. "Утро".
Писатель и актриса лежащие в одной постели. Этой ночью они действительно почувствовали себя таковыми, он - написав пьесу любви, а она - сыграв в ней главную роль. Мужчина сам придумал эту строчку и женщина гордилась им.
- Мне пора на пробы, - сказала она, укладывая волосы.
- Мне пора на работу, - сказал он, сбривая щетину. - Мы можем дойти до транспортной станции вместе, а вечером встретимся снова.

"Она сказала то, что была должна сказать?" - поинтересовался Арни.
"Да".
"А он?"
"И он тоже. Стало быть, они оба счастливы, - сказала Машина. - Ты ошибался".
"Нет, я был прав! - возразил Саммерс. - Это счастье недолговечно, оно - лишь краткий миг душевного удовлетворения и покоя. Посмотри, что будет дальше, когда он обнаружит, что его по-прежнему не хотят публиковать, а она, что ей все еще отказывают на киностудиях".
"Я могу устроить все подобающим образом, - ответила Машина. - Это не так уж трудно".
"Не имеет значения, ты уж мне поверь, - Арни закурил метафорическую сигарету, уселся в виртуальное кресло и широким жестом отмел в сторону смоделированные Машиной картины будущего. - Пройдет какое-то время и они прибегут к тебе с новыми просьбами и жалобами... Чем там заканчивается его рассказ?"
"Они жили счастливо, - процитировала Машина. - И умерли в один день".
"Клише, - заметил Арни Саммерс. - Словно из древнего любовного романа... Ты можешь это устроить?"
Машина потратила на размышление добрых полминуты, что было необычайно много для той, кто управляет целым городом.
"Да, - сказала она. - Могу".

- Встретимся вечером, да? - спросил мужчина.
Женщина приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку.
- Да, дорогой, - сказала она.
"Клик-клац", - сказал управляющий терминал в транспорте груженом партией высокоточной электроники, металла и контрабандной партией земных сигар. Секундой спустя десятитонный транспорт изменил направление, легко снес ограждение эстакады и обрушился вниз, подмяв транспортную линию номер шесть-А. Когда это произошло, то искусственный свет во всем городе на миг померк.
- К счастью, - заявил Арни Саммерс в полуденном выпуске новостей. - Масштабных жертв и разрушений удалось избежать. По предварительным данным погибли два человека. Их личности устанавливаются.

"Он был писателем, рассказы которого никогда не издавали, а она - актрисой, которую никогда не приглашали на съемки, - заметила Машина чуть позже, управляя роботами восстанавливающими транспортную линию. - Они оба жили счастливо и умерли в один день. Тебе это известно не хуже меня".
"Извини, но ты ведь знаешь, я не сам пишу эти тексты".
"Да, знаю".
"Мы разыграли пьесу до конца, - сказал Арни Саммер. - И уже опущен занавес, но признаюсь тебе, что я все еще не уверен в том, что счастье возможно. Может быть, попробуем еще раз?"
"Он - директор крупной корпорации, страдающий от одиночества. Она - проститутка, прозябающая в бедности, - сказала Машина, проверив базы данных. - Как тебе такой расклад?"

20 января 2003 года